Свобода слова и печати: российская и зарубежная практика

Нечевин Д.К., Кирдяшова Е.В., Коневская О.Ю.
В статье дается оценка действующего в России механизма ограничения свободы слова и средств массовой информации (печати), анализируется зарубежный опыт правового регулирования в области производства и распространения массовой информации и свободы слова и на этой основе предлагаются возможные пути совершенствования системы предупреждения злоупотреблениями свободой слова и средств массовой информации. Свобода слова, включающая в себя как свободу каждого человека публично выражать свои мысли, идеи и суждения, распространять их любыми законными способами, так и непосредственно свободу печати и других средств массовой информации, а также право на получение информации, в совокупности со свободой мысли являются непременными условиями обеспечения человеческой индивидуальности и свободы личности, а, следовательно, построения правового государства.


Гарантируя указанные выше свободы, ст. 29 Конституции Российской Федерации запрещает цензуру и закрепляет право каждого свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом.

Данные политические права и свободы занимают особое место в системе прав человека и, по мнению ряда исследователей, образуя так называемые «информационные права», относятся к четвертому поколению прав человека.

Между тем очевидно, что при всей своей значимости свобода слова не должна ущемлять или умалять иные конституционные, а также другие общепризнанные права и свободы человека и гражданина, в том числе право на жизнь, достоинство и личную неприкосновенность, и она, так же как и другие конституционные права и свободы, может и должна быть ограничена федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ст.55 Конституции РФ).

Конституция РФ определяет основной принцип такого соизмерения и устанавливает, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (ст.17). Одновременно государство принимает на себя обязательства по защите (в том числе судебной) прав и свобод человека и гражданина (ст.ст. 45, 46).

К сожалению, на современном этапе развития российского общества проблема ответственности средств массовой информации приобрела особое значение. В существующих условиях обострения политической борьбы, сложных межнациональных отношений, деградации нравственных ценностей дестабилизация социально-политической обстановки в стране инициирование недовольства населения действиями государственных органов и органов местного самоуправления, негативное воздействие на духовную сферу, продуцируемые посредством распространения массовой информации, имеют вполне реальные проявления.

Становится все более очевидно, что концепция демократического (свободного и неконтролируемого) потока информации работает, в том числе, и на интересы радикальных экстремистских организаций. На фоне ослабления основных социальных институтов деструктивное влияние СМИ все более приобретает контуры угрозы национальной безопасности. Более того, в современной России, как и в зарубежных странах, существует устойчивая тенденция использования СМИ в частных интересах отдельных политических сил для манипулирования общественным мнением, пропаганды идей экстремизма и терроризма, разложения духовных основ общества. Влияние СМИ на формирование общественного мнения, общественной нравственности и на всю систему общественных отношений является настолько сильным, что, в условиях отсутствия эффективного правового регулирования, это часто приводит к нарушениям прав и интересов личности, общества и государства. В этой связи закономерно, что ограничения свободы массовой информации являются необходимой составной частью систем правового регулирования СМИ в современных демократических государствах.

В Доктрине информационной безопасности Российской Федерации совершенствование законодательства в части конституционных ограничений прав и свобод человека и гражданина, введение запрета на использование электронных СМИ для распространения программ, пропагандирующих насилие и жестокость, антиобщественное поведение, отнесено к числу основных направлений обеспечения информационной безопасности страны в сфере духовной жизни общества.

Вместе с тем, несмотря на принимаемые меры, в правовом, организационном и технологическом отношении сфера распространения массовой информации является одним из наименее защищенных сегментов российского общества. Современное состояние законодательного регулирования соответствующих общественных отношений, и особенно их правовых ограничений в Российской Федерации, нельзя признать удовлетворительным, поскольку оно не позволяет эффективно предотвращать и пресекать многие формы злоупотребления свободой массовой информации.

Напомним, что ст. 1 Закона РФ «О средствах массовой информации» воспроизводит в расширенной интерпретации положения ст. 29 Конституции Российской Федерации о свободе массовой информации. В содержание данного принципа комментируемая статья включает: свободу деятельностной стороны (поиска, получения, производства и распространения массовой информации); свободу организационной стороны (ч. 2 ст. 2 Закона РФ «О средствах массовой информации» определяет средство массовой информации как периодическое печатное издание, радио-, теле-, видеопрограмму, кинохроникальную программу, иную форму периодического распространения массовой информации, владение, пользование и распоряжение ими); свободу технической стороны (изготовления, приобретения, хранения и эксплуатации технических устройств и оборудования, сырья и материалов, предназначенных для производства и распространения продукции средств массовой информации).

Под свободой поиска информации понимается отсутствие контроля или регулирования выбора тем, свобода поиска источников информации.

К получению информации относится любое ее приобретение на возмездной или безвозмездной основе. Статья 47 Закона РФ «О средствах массовой информации» предоставляет журналисту достаточно широкие права для поиска и получения информации.

Производством информации является анализ полученной информации, ее обработка и формирование информационного пакета, программы.

Следует напомнить, что теория социальной ответственности СМИ исходит из того, что свобода массовой информации должна сочетаться с ответственностью СМИ перед обществом, задачами выражения общих интересов, интеграции общества, цивилизованного разрешения возникающих конфликтов, разъяснения гражданам общих целей и способствования формированию общих ценностей, способствовать представлению различных точек зрения, отражению мнений и позиций различных общественных групп.

Можно сделать вывод о том, что следуя логике естественно-правовой природы основных прав человека, государство применительно к негативным правам (т.е. сферам, свободным от вмешательства со стороны государства и других лиц) отвело себе роль их гаранта и защитника, зафиксировав свои соответствующие позитивные обязанности. Это означает, что именно государство и есть тот арбитр и защитник, который позволяет обществу и отдельным индивидам устанавливать и поддерживать баланс интересов при осуществлении своих прав и свобод. Соответственно, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения принятых на себя обязательств государство не выполняет своего социального предназначения.

Более того, вопрос реальности и гарантированности прав и свобод человека весьма тесно связан с вопросом фактической безопасности личности, для обеспечения которой опять-таки и существует государство. Правовое закрепление прав и свобод человека есть официальное признание границ правового пространства, необходимого человеку для достойного существования и развития в обществе, и барьер для какого-либо негативного воздействия на личность со стороны любых других лиц и государства. Очевидно, что в контексте приоритета индивидуальных интересов перед коллективными безопасность личности – залог обеспечения безопасности как общества, так и государства. Проблема обеспечения безопасности личности является одной из важнейших в деятельности международных организаций (в том числе ООН), т.к. сопряжена с национальной, региональной и глобальной безопасностью.

Не случайно одним из основных принципов обеспечения безопасности в соответствии со ст.2 Федерального закона «О безопасности» является соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина.

Можно сказать, что уровень защищенности и гарантированности прав и свобод человека определяет в т.ч. уровень безопасности личности, общества и государства, а это означает, что проблема соотнесенности частных (индивидуальных) интересов при осуществлении прав и свобод имеет и публичный характер.

В настоящее время важнейшую роль в практике осуществления свободы слова играют средства массовой информации, и именно их деятельность, равно как и деятельность работающих или иным образом сотрудничающих с ними лиц, наиболее тесно сопряжена с возможностью злоупотребления свободой слова и свободой массовой информации.

Представляется, что для современного российского общества, отличающегося в целом низким уровнем культуры (в т.ч. культуры правовой), проблема злоупотребления правом приобрела особое звучание.

Сформировавшееся за период проводимых реформ ощущение свободы как вседозволенности охватило значительную часть общества и не могло не отразиться на функционировании его институтов, в т.ч. средств массовой информации.

Злоупотребление правом вообще и свободой массовой информации в частности стало наглядным проявлением деформации правосознания. Под воздействием этих негативных процессов право из искусства добра и справедливости ввиду успешных попыток субъектов права расширить границы своей свободы в ущерб интересов других субъектов может трансформироваться в дамоклов меч, висящий над российским обществом.

Злоупотребление правом имеет различные проявления. Так, ряд ученых предлагает выделять правомерные (легальные) и противоправные формы. В отличие от противоправных форм правомерные злоупотребления правом причиняют вред неохраняемым законом отношениям и в зависимости от конкретных обстоятельств могут рассматриваться как аморальные или нецелесообразные.

Представляется, что основными участниками борьбы с такого рода злоупотреблениями должны стать институты гражданского общества, а средствами – различные формы саморегуляции (советы по этике журналистов, советы, жюри или судебные палаты по информационным спорам, общества газетчиков, комиссии по жалобам на прессу и т.д., а также их акты, решения и пр. (в частности, кодексы этики)). Это тем более актуально, что деятельность сотрудников средств массовой информации чаще всего носит творческий характер, нюансы которого весьма сложно учесть при государственно-властном регулировании. К слову, у российских средств массовой информации есть подобный опыт саморегуляции (к примеру, в Российской Федерации некоторое время действовал Третейский информационный суд, трансформировавшийся в Судебную палату по информационным спорам при Президенте Российской Федерации, рассматривавшую споры о доступе к информации, о достоверности информации (в т.ч. о достоверности информации, содержащейся в рекламе), споры, связанные с защитой частной жизни, с недопустимостью показа по телевидению чрезмерной жестокости, насилия, порнографии, и другие споры).

Однако другая форма злоупотребления свободой массовой информации – противоправная – должна всегда находиться в поле зрения государства. Специфической особенностью данной формы является то, что злоупотребление правом здесь представляет собой противоправное (запрещенное законом) деяние и за него должна быть предусмотрена юридическая ответственность.

Причем недопустимость подобных злоупотреблений можно обеспечить только комплексной деятельностью государства по правовому регулированию соответствующих общественно-значимых отношений (в т.ч. по определению меры свободы), с одной стороны, а также неотвратимостью и реальностью юридической ответственности лиц, уличенных в злоупотреблении правом, с другой стороны.

К сожалению, закрытость советского общества предопределила неравновесное соотношение информационной свободы общества и его информационной безопасности, права человека на информацию и его же права на защиту от информации, свободы слова и обязанности не осуществлять ее в ущерб законным правам и интересам других лиц. Любые попытки государства привести вседозволенность свободы слова в правовые рамки сразу же вызывают ожесточенные протесты.

Однако очевидно, что свобода слова и свобода массовой информации не абсолют. Ни общество, ни человек не должны становиться заложниками этих свобод, а их реализация должна иметь установленные законом пределы.

Даже вполне демократичная Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод устанавливает, что осуществление свободы выражения своего мнения и свободы получения информации, «налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия» (ч. 2 ст. 10).

Международный пакт о гражданских и политических правах (п. 3 ст. 19) устанавливает, что пользование свободой искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения, или иными способами по своему выбору «налагает особые обязанности и особую ответственность. Оно может быть, следовательно, сопряжено с некоторыми ограничениями, которые, однако, должны быть установлены законом и являться необходимыми: а) для уважения прав и репутации других лиц; б) для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения».

Таким образом, наряду с общим ограничением пределов осуществления основных прав и свобод в уже упомянутой ст. 17 Конституции РФ, международно-правовыми актами, участником которых является Российская Федерация, в совокупности со ст.ст. 29, 55 Конституции РФ установлены более четкие параметры соотнесения прав и свобод индивидов, которые должны найти свое отражение в законодательстве государства.

Данные параметры никоим образом не нарушают свободы слова, они лишь «вписывают» ее в систему прав и свобод человека, признаваемых и охраняемых в государстве. Очевидно, что чем большее количество элементов включает эта система (т.е. чем обширнее перечень прав и свобод), тем большее число границ будет иметь та или иная свобода (сокращение параметров может быть обусловлено лишь ранжированностью самих прав и свобод). Корреспондирующие правам и свободам обязанности человека и гражданина, соответственно, и должны не допускать нарушения этих границ.

Представляется, что государству для выполнения его функции по защите и гарантированности прав и свобод необходимо в равной степени уделять внимание как обеспечению свободы слова (в т.ч. независимости прессы, доступу к информации), так и определению границ этой свободы в целях недопущения противоправного злоупотребления ею, т.е. нарушению иных охраняемых законом прав и интересов. Без соответствующих границ любая свобода обращается в хаос.

Причем, еще раз подчеркнем, пределы осуществления свободы слова и массовой информации определяются государством не произвольно, а рамками осуществления иных признаваемых законом прав и свобод.

Еще во французской Декларации прав человека и гражданина 1789 года (ст. 11) отмечалось, что «свободное выражение мыслей и мнений есть одно из драгоценнейших прав человека; каждый гражданин поэтому может свободно высказываться, писать, печатать, отвечая лишь за злоупотребления этой свободой в случаях, предусмотренных законом».

Определенный интерес представляет опыт Швеции – государства, впервые принявшего Закон о свободе слова и печати еще в 1766 году. В действующем законодательстве рассматриваются вопросы, связанные с публичным характером официальных документов. Указывается, что в целях поощрения свободного обмена мнениями и всеобщего просвещения, каждый шведский гражданин должен иметь право пользоваться официальными документами. Такое право ограничивается лишь по соображениям безопасности государства или его отношений с другим государством либо с международной организацией; централизованной финансовой, денежной или валютной политики государства; деятельности власти по инспектированию, контролю и иной проверке; заинтересованности в обнаружении и расследовании преступлений; общих экономических интересов; защиты личных и имущественных отношений частных лиц; заинтересованности в сохранении видов животных.

Сегодня согласно Закону Швеции «О свободе слова и печати» от 1974 года (в редакции 1983 года) под свободой печати понимается право каждого шведского гражданина издавать произведения без заранее установленных какой-либо властью или иным государственным органом препятствий, привлекаться к суду только за содержание произведений и не наказываться в иных случаях, за исключением того случая, когда их содержание явно противоречит закону, принятому в целях охраны общественного спокойствия, который не может ограничивать требования всеобщей информированности.
Например, в Великобритании публикация непристойной статьи является преступлением, влекущим административную и уголовную ответственность. Материал считается непристойным, если его содержание «способствует развращению и растлению граждан…». В данном случае речь идет об основополагающих правах и свободах человека, реальное восстановление которых в случае нарушения далеко не всегда представляется возможным. Государству необходимо при осуществлении своей функции по поддержанию и защите прав человека действовать, в первую очередь, на опережение, то есть на недопущение возможных нарушений. Это обстоятельство существенно повышает роль разного рода гарантий прав и свобод человека и правовых гарантий в особенности, требует проведения предупредительных мероприятий.

Безопасность человека в современном обществе предполагает в том числе его правовую безопасность, уверенность в том, что его права и свободы надежно защищены от прав и свобод другого индивида и не будут ущемлены им. Обеспечить такую формальную безопасность – задача государства. Более того, правовая безопасность – весьма значимая превентивная мера. В этой связи государству надо уделять особое внимание недопущению злоупотребления правом, а это требует законодательного определения уже упомянутых границ прав и свобод, установления юридической ответственности за допущенные злоупотребления (т.е. за нарушение установленных пределов), если они наносят вред охраняемым правом интересам.

Исходя из анализа российских правовых актов, можно сделать вывод об односторонности и неполноте закрепленного в Законе РФ «О средствах массовой информации» определения понятия свободы массовой информации, которое в должной мере не отражает конституционно обоснованную необходимость соблюдения баланса интересов личности, общества и государства. Представляется, что ст. 1 Закона РФ «О средствах массовой информации» должна быть дополнена положением о том, что ограничения в поиске, получении, производстве и распространении массовой информации устанавливаются в соответствии с Конституцией Российской Федерации в той мере, в которой это необходимо для защиты прав и законных интересов других лиц, а также в иных конституционно обоснованных целях.

Следует отметить, что эффективные правовые ограничения свободы массовой информации выступают необходимым условием реализации свободы массовой информации, без которых невозможно обеспечить защиту в данной сфере общественных отношений конституционных ценностей, включая основные права человека и гражданина.

В этой связи, несмотря на то, что основой правового регулирования свободы массовой информации в демократическом обществе является обеспечение невмешательства государства в содержание производства и распространение информации, в национальные законодательства «встроены» исключения. В ряде государств они выступают, прежде всего, в виде норм, направленных на предупреждение злоупотреблений свободой массовой информации и служащих основанием для санкций в отношении редакций СМИ.

В национальных законах, регулирующих деятельность СМИ, понятие «злоупотребления свободой массовой информации» связывается с содержанием материалов СМИ, которое влечет за собой санкции органов исполнительной власти по самостоятельному (или через суд) приостановлению или полному прекращению деятельности средства массовой информации. Соответственно, в данном случае речь не идет о правонарушениях редакторов, журналистов и иных лиц, влекущих по отношению к ним гражданскую, административную, уголовную и иную ответственность.

Действующие правовые системы предусматривают ограничения общего характера. К ним относятся запреты на распространение массовой информации, призывающей к насильственному изменению основ конституционного строя и нарушению целостности государства, подрыву его безопасности и обороны, разжиганию социальной, расовой, национальной и религиозной розни. Такого рода сведения могут привести к созданию или поощрению (оправданию) деятельности политических организаций и вооруженных формирований, пытающихся реализовать подобные цели на практике. Не допускаются сообщения, ведущие к ограничению прав отдельных лиц или групп граждан по причине их пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, то есть пропаганда или агитация, побуждающие стремление дискриминировать граждан по этим признакам. В общих интересах всех граждан государства заложено стремление ограничить и запретить распространение сведений, способных нанести вред нравственности, здоровью, правам и законным интересам граждан и организациям, охраняемой законом тайне.

Сравнительный анализ правовых норм о злоупотреблении свободой массовой информации, предусмотренных российским законодательством и законодательством зарубежных стран, показывает, что Закон РФ «О средствах массовой информации» не содержит достаточного перечня оснований ограничения распространения информации, обеспечивающих защиту основ конституционного строя, законных интересов граждан и обеспечения безопасности государства. Статья 4 («Недопустимость злоупотребления свободой массовой информации») гласит: «Не допускается использование средств массовой информации в целях совершения уголовно наказуемых деяний, для разглашения сведений, составляющих государственную или иную специально охраняемую законом тайну, для распространения материалов, содержащих публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публично оправдывающих терроризм, других экстремистских материалов, а также материалов, пропагандирующих порнографию, культ насилия и жестокости».

Таким образом, ряд деяний, посягающих на конституционные основы государства, безопасность общества и личности, обобщены понятием «экстремистские материалы», которые в соответствии с ч. 3 ст. 1 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности» представляют собой предназначенные для обнародования документы либо информацию на иных носителях, призывающие к осуществлению экстремистской деятельности либо обосновывающие или оправдывающие необходимость осуществления такой деятельности. В свою очередь, согласно ч. 1 ст. 1 указанного Закона под экстремистской деятельностью (экстремизмом), в том числе, понимается: насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации; публичное оправдание терроризма и иная террористическая деятельность; возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни; пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии; нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии; воспрепятствование осуществлению гражданами их избирательных прав и права на участие в референдуме или нарушение тайны голосования, соединенные с насилием либо угрозой его применения; воспрепятствование законной деятельности государственных органов, органов местного самоуправления, избирательных комиссий, общественных и религиозных объединений или иных организаций, соединенное с насилием либо угрозой его применения; совершение преступлений по мотивам, указанным в п. «е» части первой статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации; публичное заведомо ложное обвинение лица, замещающего государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации, в совершении им в период исполнения своих должностных обязанностей деяний, указанных в настоящей статье и являющихся преступлением; и др.

Следует отметить, что эффективность правового регулирования во многом зависит от сбалансированного и рационального использования прямого, отсылочного (ссылочного) и бланкетного приема изложения нормативного материала. При прямом изложении и отсутствии ссылочной нормы на Федеральный закон «О противодействии экстремистской деятельности» ст. 4 Закона РФ «О средствах массовой информации» не обеспечивает адекватного урегулирования общественных отношений, связанных с запретами злоупотребления свободой массовой информации. С учетом того, что в идеале в нормативном акте должны быть решены все вопросы, относящиеся к сфере регулирования, рассматриваемую статью следует признать пробельной.

Необходимо также обратить внимание на процесс трансформации содержания ч. 1 ст. 4 Закона РФ «О средствах массовой информации». Если действующая в настоящий момент редакция закона предусматривает запрет на распространение экстремистских материалов, то предыдущий вариант нормы налагал запрет на использование средств массовой информации для осуществления экстремисткой деятельности, т.е. не допускал не только распространения экстремистских материалов, но и поиска, получения и производства соответствующей массовой информации, устанавливая более широкие ограничения для осуществления свободы слова. С учетом ранее сказанного представляется, что предшествующая редакция закона в большей степени способствовала недопущению злоупотребления свободой слова.

Если обратиться к опыту зарубежных стран, то стоит указать, что в большинстве стран-участниц СНГ и государств Балтии реализован иной правовой подход, предусматривающий детальное перечисление базовых объектов защиты от злоупотребления свободой слова и средств массовой информации. В том или ином виде понятие «злоупотребление свободой массовой информации» содержится в законодательстве всех постсоветских государств, кроме Грузии и Эстонии. Это означает, что практически повсеместно предусмотрена, пусть и не во всех государствах реализуемая на практике, возможность прекращения деятельности редакции (организации) СМИ. Факты закрытия СМИ органами власти или судом в связи со «злоупотреблением свободой массовой информации» имели место в Беларуси, Казахстане, Киргизии, Молдавии, России, Таджикистане, Украине.

В отличие от республик бывшего Советского Союза, в законодательстве европейских государств акцентируется внимание не на политических аспектах обеспечения национальной безопасности, а на обеспечении общественных интересов. Это предполагает, в частности, ограничение непристойности, защиту детства и юношества, недопустимость использования оскорбительных выражений по отношению к определенным группам лиц, эскалацию насилия в СМИ, использование ненормативной лексики и пр.

Поэтому в ряде случаев нормы запрета злоупотреблением свободой массовой информации содержатся в смежном законодательстве. Так, п. 15 Закона ФРГ от 1 апреля 2003 года «О защите молодежи» запрещает деятельность средств массовой информации, которые: 1) распространяют сведения, запрещенные Уголовным кодексом (в частности, распространение порнографических программ посредством радио, прессы и телевидения); 2) призывают к войне; 3) изображают умирающих людей или людей, подверженных физическим и психологическим недугам, в порочащей человеческое достоинство форме; 4) содержат реалистичные жестокие сцены насилия.

Аналогичный перечень содержится в государственном законе ФРГ «О службах массовой информации» от 1 июля 2002 года. Структурный анализ содержания понятия злоупотребления свободой массовой информации позволяет определить устойчивые части указанного явления и связи между ними. Несмотря на отсутствие в данном случае возможности всеобъемлющего перечня объектов защиты, представляется чрезвычайно важным поиск более объективных и действенных элементов механизма предупреждения распространения вредоносной информации.

С учетом значимости проблемы обеспечения безопасности государства, общества, личности и в целях реализации системного подхода к правовому регулированию отношений в области предупреждения злоупотреблений СМИ представляется необходимым, исходя из статей 228, 242, 280 УК РФ, а также положений Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности», внести изменения в Закон РФ «О средствах массовой информации» по уточнению основных объектов защиты от злоупотребления свободой массовой информации. В частности, предусмотреть недопущение использования средств массовой информации в целях: совершения уголовно наказуемых деяний; разглашения сведений, составляющих государственную или иную специально охраняемую законом тайну; призыва к насильственному изменению существующего конституционного строя и нарушению территориальной целостности Российской Федерации; распространения материалов, содержащих публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публично оправдывающих терроризм, любых материалов от имени лиц, находящихся в розыске или осужденных по обвинению в причастности к террористической деятельности, иных материалов, признанных экстремистскими в соответствии с положениями Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности», а также пропаганды войны, культа насилия и жестокости, национальной, расовой и религиозной вражды, потребления наркотических средств, психотропных веществ либо их аналогов, незаконного распространения порнографических материалов.

Наряду с этим, в целях обеспечения безопасности в нравственно-духовной сфере, защиты нравственности граждан, и прежде всего, детей и подростков, необходимо ввести ограничения на телевизионное и радиовещание, предусматривающие выполнение вещателем требований по распространению теле- и (или) радиопрограмм применительно к различным возрастным категориям (обязательное указание о возрастной рекомендации просмотра, присутствие символа, надписи, звукового сигнала, предупреждающего о характере программы или передачи и т.д.). принципиален также и запрет на распространение в период с 7 часов утра до 22 часов вечера в теле-, видео-, кинохроникальных программах и демонстрация в телевизионных фильмах и кинофильмах трупов людей, сцен убийства, нанесения побоев, причинения тяжкого вреда здоровью, насильственных действий.

В законодательстве Российской Федерации о средствах массовой информации, в частности, должны найти отражение положения, установленные Федеральным законом «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», поскольку, как уже отмечалось, только в этом случае в интересах защиты несовершеннолетних свобода массовой информации может быть легально ограничена, а возможные варианты злоупотребления ею конкретизированы и наказуемы.

Гегель как-то заметил, что если в голове нет идеи, то глаза не видят фактов. Перефразируя это высказывание, можно с не меньшей справедливостью утверждать, что чрезмерная увлеченность или даже одержимость той или иной идеей (либеральной, консервативной, демократической, классовой, социалистической, капиталистической и т.п.) делает СМИ, публициста, философа, писателя или социолога слепым к несоответствующим ей фактам, заставляя не только проходить мимо неудобных событий, лиц, явлений, но и превратно истолковывать их.

Статья опубликована в Евразийском юридическом журнале № 3 (58) 2013

Проект при содействии ЕВРАЗИЙСКОГО ЮРИДИЧЕСКОГО ЖУРНАЛА (издается при содействии Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА). Международный научный и научно-практический юридический журнал.). 

© 2017-2021. Юрист Онлайн Адвокат - юридическая консультация. Все права защищены.
Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции.
Юридическая консультация и помощь по БЕСПЛАТНОМУ тел. Россия +8 (800) 700-99-56 (доб. 995)
Московская обл, г. Москва +7 (495) 980-97-90 (доб. 597)
Ленинградская обл, г. Санкт-Петербург +7 (812) 449-45-96 (доб. 560)
в режиме online - круглосуточно!