Консультация гражданского юриста онлайн

Гражданский юрист: услуги, консультации

Деловая репутация и ее место в российском праве

ШАБАНОВ Денис Сергеевич
аспирант кафедры гражданского права и процесса ОАНО ВПО «Волжский Университет им. В.Н.Татищева» г. Тольятти, Россия. Руководитель правового управления администрации городского округа Жигулевск.
В настоящей статье рассмотрено понятие «деловая репутация» как нематериальное благо, дан его анализ в контексте действующего законодательства Российской Федерации. Сделан вывод о невозможности защиты в порядке, предусмотренном статьей 152 ГК РФ, деловой репутации лица. Высказано предложение о необходимости рассмотрения вопроса о создании диффамационного закона Российской Федерации.

 

Одним из понятий, которые остаются недостаточно разработанными как в теории гражданского права, так и на законодательном уровне, является деловая репутация. По мере развития хозяйственного оборота возникает объек­тивная необходимость уяснения сущности этого явления. В науке существует множество трактовок деловой репута­ции. Например, Д.В.Кислов утверждает, что деловая репу­тация - не какое-либо единичное явление, а «совокупность факторов, позволяющих более успешно вести бизнес». К этим факторам относятся фирменное наименование пред­приятия, финансово-экономическое положение, выгодное географическое расположение, клиентская база, деловые связи, техническая оснащенность предприятия, наличие в собственности высокодоходных активов и др.


В Законе Союза Советских Социалистических Респу­блик от 11 декабря 1990 года № 1829-1 «О банках и банков­ской деятельности» впервые в отечественном праве упо­минается понятие «деловая репутация». Так, согласно п. 2 ст. 16 указанного закона, «Центральный банк республики или Госбанк СССР могут также не выдать лицензию на проведение банковских операций, если придут к выводу 0     профессиональной непригодности руководителей бан­ка. Руководители банка (председатель и главный бухгал­тер) должны обладать безупречной деловой репутацией и иметь опыт банковской работы».

В 1991 г. в советском законодательстве, а именно в п. 1 ст. 7 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик понятие «деловая репутация» было признано нематериальным благом наряду с честью и достоинством.


Современный гражданский кодекс Российской Феде­рации не содержит существенных отличий от Основ граж­данского законодательства Союза ССР в части защиты и определения такого блага, как деловая репутация.

Разъяснений о том, что стоит понимать под понятием деловая репутация в гражданском праве, законотворец не дал. Попытка дать законное толкование понятию «деловая репутация» предпринята законодателем в сфере банков­ского права и звучит следующим образом: деловая репу­тация - оценка профессиональных и иных качеств лица, позволяющих ему занимать соответствующую должность в кредитной организации. Необходимо отметить, что такое толкование применимо исключительно в кадровой полити­ке кредитных организаций и практически не применимо в гражданских правоотношениях. Так, А.Н.Борисов отмеча­ет: «...в рассматриваемой норме подчеркнуто, что опреде­ление в ней дано исключительно для целей данной статьи, поскольку гражданское законодательство рассматривает понятие деловой репутации прежде всего как подлежа­щее защите личное неимущественное право гражданина». Использование такого понятие в деловом обороте пред­ставляется малоперспективным, так как оно подходит ис­ключительно для физических лиц, в практике за защитой деловой репутации наиболее часто обращаются юридиче­ские лица и индивидуальные предприниматели.

Федеральным законом от 10 июля 2002 года № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» Банк России в рамках осуществления своих над­зорных функций уполномочен запрашивать и получать информацию о финансовом положении и деловой репу­тации участников (акционеров) кредитной организации в случае приобретения ими более 20 процентов акций (до­лей) кредитной организации, а также устанавливать требо­вания к финансовому положению приобретателей более 20 процентов акций (долей) кредитной организации.

 

Указанием Центрального банка Российской Феде­рации от 06.12.2008 № 2150-У «О внесении изменений в пункт 2.2. Положения банка России от 10 февраля 2003 года № 215-П «О методике определения собственных средств (капитала) кредитных организаций», зарегистрированным в Минюсте РФ 19.12.2008 № 12905, уточнен состав показа­телей, уменьшающих сумму источников основного капи­тала кредитной организации. К числу таких показателей, помимо нематериальных активов, за вычетом начисленной амортизации, а также вложений в создание (изготовле­ние) и приобретение нематериальных активов, отнесена деловая репутация, величина которой определяется на основании данных балансового счета 60905.


Инструкцией Центрального банка Российской Феде­рации от 10 марта 2006 г. № 128-И «О правилах выпуска и регистрации ценных бумаг кредитными организациями на территории Российской Федерации» к рискам, связанным с приобретением размещаемых эмиссионных ценных бумаг, отнесен риск потери деловой репутации, и введено новое понятие - репутационный риск, под которым необходимо понимать риск возникновения у кредитной организации - эмитента убытков в результате уменьшения числа клиен­тов (контрагентов) вследствие формирования в обществе негативного представления о финансовой устойчивости кредитной организации - эмитента, качестве оказываемых ею услуг или характере деятельности в целом.

В случае причинения вреда деловой репутации воз­никает репутационный вред. О.Осадчая в статье «Репута­ционный вред как последствие умаления деловой репута­ции юридического лица» делает вывод: моральный вред можно причинить исключительно физическим лицам. Юридические лица в силу своей природы могут претерпе­вать лишь так называемый репутационный вред. Если мо­ральный вред законодатель определяет как физические и нравственные страдания, то репутационный следовало бы определить как негативные последствия умаления деловой репутации юридического лица, выражающиеся в потере позитивного отношения к данному юридическому лицу со стороны его партнеров, клиентов и общества в целом. Про­бел в законодательстве очевиден, и было бы правильно и разумно внести в нормативные правовые акты изменения. По ее мнению, следует хотя бы «довести до ума» статью 152 ГК РФ и ввести в нее понятие репутационного вреда и ме­ханизм его компенсации.


Конституционный Суд РФ в определении от 4 дека­бря 2003 года № 508-0 отказал в удовлетворении жалобы заявителя В.А.Шлафмана, признав за юридическим лицом право получить компенсацию не только за убытки (в смыс­ле статьи 15 ГК РФ), но и за «нематериальные убытки». Свое решение Конституционный Суд РФ обосновал решением Европейского суда по правам человека по делу «Комингер- соль С.А. против Португалии», в котором было употребле­но это понятие.


Многие юристы придерживаются мнения, что при введении данного термина был использован перевод ан­глийского варианта решения Европейского суда по упо­мянутому делу, где действительно применяется термин «non-pecuniary damage», однозначно переводимый как «нематериальные убытки». Во французском варианте (производство в Европейском суде ведется на английском и французском языках) данное понятие звучит несколько иначе (domage moral) и соответствует русскому определе­нию «моральный вред». В любом случае Конституционный Суд РФ в указанном определении использовал не суще­ствующее в современной российской юриспруденции (и, что важнее, вообще в каком-либо из действующих законов, включая ГК РФ) понятие «нематериальные убытки», так как согласно статье 15 ГК РФ убытки в гражданском обо­роте всегда материальны.

 

Согласно ст. 1027 ГК РФ договор коммерческой кон­цессии предусматривает использование комплекса исклю­чительных прав, деловой репутации и коммерческого опы­та правообладателя в определенном объеме (в частности, с установлением минимального и (или) максимального объема использования), с указанием или без указания тер­ритории использования применительно к определенной сфере предпринимательской деятельности (продаже това­ров, полученных от правообладателя или произведенных пользователем, осуществлению иной торговой деятельно­сти, выполнению работ, оказанию услуг). Данной нормой законодатель фактически разграничил понятия комплекс исключительных прав, коммерческий опыт и деловая репутация и дал возможность наиболее полноценно ис­пользовать неопределенное понятие «деловая репутация» в коммерческом обороте. А.М.Эрделевский отметил, что «деловая репутация предпринимателей, которая является предметом договора коммерческой концессии, не относит­ся к личным неимущественным благам в смысле ст. 150 ГК РФ и не может защищаться путем компенсации морально­го вреда».


Поскольку вред, причиненный деловой репутации субъектов предпринимательской деятельности, связан с их имущественным статусом, то деловую репутацию следует считать неимущественным благом, связанным с имущественным.


В соответствии со ст. 1042 ГК РФ вкладом товарища в простое товарищество признается все то, что он вносит в общее дело, в том числе деньги, иное имущество, про­фессиональные и иные знания, навыки и умения, а также деловая репутация и деловые связи. Вклады товарищей предполагаются равными по стоимости, если иное не сле­дует из договора простого товарищества или фактических обстоятельств. Необходимо учесть тот факт, что сторонами договора простого товарищества, заключаемого для осу­ществления предпринимательской деятельности, могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации, данное положение ставит под сомнение наличие деловой репутации у физических лиц.

Денежная оценка вклада товарища производится по соглашению между товарищами. Таким образом, в отли­чие от чести, достоинства и доброго имени деловая репута­ция имеет денежный (материальный) эквивалент.


А.А.Власов также указывает, что в статье 1042 ГК РФ деловая репутация уравнена с имуществом, возможным объектом права собственности и выступает предметом до­говорного обязательства.

 

27 декабря 2007 года Приказом Министерства финан­сов Российской Федерации № 153н утверждено положение по бухгалтерскому учету «Учет нематериальных активов» (ПБУ 14/2007) (далее Положение). Согласно разделу VIII Положения, «для целей бухгалтерского учета стоимость приобретенной деловой репутации определяется расчет­ным путем как разница между покупной ценой, уплачива­емой продавцу при приобретении предприятия как иму­щественного комплекса (в целом или его части), и суммой всех активов и обязательств по бухгалтерскому балансу на дату его покупки (приобретения)». Это свидетельствует о наличии стоимостной оценки такого нематериального бла­га. В Положении также разграничены положительная и отрицательная деловая репутация. Первую следует рассма­тривать как надбавку к цене, уплачиваемую покупателем в ожидании будущих экономических выгод в связи с приоб­ретенными неидентифицируемыми активами, и учитывать в качестве отдельного инвентарного объекта. Вторую следу­ет рассматривать как скидку с цены, предоставляемую по­купателю в связи с отсутствием факторов наличия стабиль­ных покупателей, репутации качества, навыков маркетинга и сбыта, деловых связей, опыта управления, уровня квали­фикации персонала и т. п. Также установлен срок амор­тизации деловой репутации протяженностью 20 лет. Не менее важным моментом является то, что отрицательная деловая репутация в полной сумме относится на финансо­вые результаты организации в качестве прочих доходов.


Д.В.Кислов обращает внимание на то, что надбавку, ко­торую покупатель согласен уплатить к цене предприятия, он определяет самостоятельно, зачастую определив ее не расчетным или комбинированным, а только экспертным способом. В то же время для оценки деловой репутации можно использовать различные способы, в частности, на основе прибыли будущих периодов. Для этого анализи­руется отчетность предприятия за ряд лет, определяются средние показатели прибыльности по отрасли. Если суще­ствует превышение среднего значения чистой прибыли за ряд лет по сравнению со средним уровнем прибыльности по отрасли, то это превышение и будет являться деловой репутацией. Экспертным путем определяется срок, в те­чение которого указанное превышение будет сохраняться. Например, если разница между фактическим средним значением чистой прибыли и средним по отрасли составит I  млн. руб., а управленцы покупателя просчитают, что усло­вия хозяйствования, экономическая ситуация, уровень кон­куренции будут благоприятны для приобретаемого пред­приятия еще как минимум в течение трех лет, то 1 млн. х 3 г. = 3 млн. - это надбавка, которую можно заплатить сверх цены активов данного предприятия, и она же является сто­имостной оценкой деловой репутации. К недостатку дан­ного метода относится допущение, что при новом владель­це величина доходов не опустится и не поднимется выше рассчитанной величины. При этом не принимаются во внимание изменения, намечаемые новыми владельцами, которые могут как повысить, так и понизить доходность, а также отношение потребителей к смене владельца. Влия­ние данного недостатка можно учесть путем проведения соответствующих аналитических расчетов, соответствую­щих исследований, в том числе опросов покупателей.


А.С.Джабаева указывает: «Несмотря на то, что деловая репутация юридических лиц может иметь имущественную окраску, становиться товаром, необходимо иметь в виду, что передача другому лицу только лишь деловой репута­ции вряд ли возможна. Таким образом, деловая репута­ция представляет собой связанный актив, который может быть передан (и оценен) только в совокупности с другими активами».


Федеральным законом Российской Федерации от 26 июля 2006 года № 135-Ф3 «О защите конкуренции» к недобросовестной конкуренции отнесено распростране­ние ложных, неточных или искаженных сведений, которые могут причинить убытки хозяйствующему субъекту либо нанести ущерб его деловой репутации. Таким образом, от­носительно защиты деловой репутации участников ком­мерческой деятельности законодатель расширил перечень критериев информации, при распространении которой возникает диффамационный деликт.


В силу Федерального закона от 13 марта 2006 года № 38-ФЗ «О рекламе» недобросовестной признается рекла­ма, которая порочит честь, достоинство или деловую ре­путацию лица, в том числе конкурента. Так, в Управление Федеральной антимонопольной службы по Волгоградской области ООО «Производственная компания «Проплекс» была направлена жалоба о несоответствии действитель­ности той информации, которая была изложена в статье и которая, по мнению третьего лица, порочит деловую ре­путацию производителя профиля «Proplex». В итоге дело было передано в суд и рассматривалось Федеральным Ар­битражным судом Поволжского округа.

Как усматривается из материалов дела, 27 апреля 2007 года Управлением ФАС по Волгоградской области принято решение по делу № 416, возбужденному по при­знакам нарушения законодательства Российской Федера­ции о рекламе в части пункта 1 части 2 статьи 5 ФЗ «О ре­кламе», по факту распространения рекламного послания. Пунктом 1 данного решения признана ненадлежащей ре­клама «Все ли пластиковые окна одинаково хороши?», раз­мещенная на странице 6 в газете «РекламИнфо» № 9 (9) за 19 октября 2006 года, поскольку в ней нарушены требова­ния пунктов 1, 2 части 2 статьи 5 ФЗ «О рекламе».


Согласно п. 1, 2, 3, 4 статьи 3 ФЗ «О рекламе» рекла­ма - это информация, распространенная любым спосо­бом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направлен­ная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке; объект рекламирования - товар, средство его индивидуализации, изготовитель или про­давец товара, результаты интеллектуальной деятельности либо мероприятие (в том числе спортивное соревнование, концерт, конкурс, фестиваль, основанные на риске игры, пари), на привлечение внимания к которым направлена реклама; товар - продукт деятельности (в том числе работа, услуга), предназначенный для продажи, обмена или иного введения в оборот.

В соответствии со статьей 5 ФЗ «О рекламе» реклама должна быть добросовестной и достоверной. Недобро­совестная реклама и недостоверная реклама не допус­каются.


Заявитель является директором интерьерного салона «Гранд», реализующего пластиковые окна из профилей «VEKA» и «PLASTMO», а также единственным учредите­лем издания «РекламИнфо».


В абзаце 4 указанной статьи, который начинается со слов «Теперь поговорим о профилях», содержится негатив­ная оценка деятельности «известной волгоградской фир­мы, собирающей окна из профиля «Proplex», с которой ранее сотрудничал салон «Гранд». Однако в содержании данного текста акцент делается именно на качестве профи­ля «Proplex», а не на качестве работ указанной «известной волгоградской фирмы» по изготовлению окон из профи­ля «Proplex». Данный абзац включает информацию о том, что окна из профиля «Proplex» оказались «обыкновенным браком» и почти все такие окна приходится переделывать, а именно: «демонтировать и устанавливать новые окна, но уже из настоящего немецкого профиля «VEKA».


Таким образом, из формы подачи и смысла реклам­ной информации вытекает негативная оценка такого това­ра, как профиль «Proplex», и некорректность сравнения его с конкурирующим товаром - профилем «VEKA», исполь­зуемым рекламодателем в своей деятельности.

 

Заявитель в статье указывает, что «...наш завод- изготовитель... выпускает окна из профиля «VEKA» - са­мого продаваемого профиля в мире», формируя, таким образом, у потенциальных потребителей рекламы данное утверждение.

Таким образом, рассматриваемая статья рекламно­го характера адресована неопределенному кругу лиц, на­правлена на привлечение внимания к деятельности салона «Гранд», реализуемым им пластиковым окнам на основе профиля «VEKA», формирование и поддержание интере­са к нему и его продвижение на рынке.


В подтверждение некорректности приведенного в ре­кламе сравнения профилей «Proplex» и «VEKA» и субъек­тивности выводов автора статьи о том, что причиной не­возможности дальнейшей эксплуатации окон из профиля «Proplex» является именно плохое качество профиля, ООО «Производственная компания «ПРОПЛЕКС» представле­ны документы, подтверждающие надлежащее качество производимого ей профиля.

При указанных обстоятельствах суд пришел к пра­вильному выводу о том, что данная реклама содержит не­корректные сравнения рекламируемого товара. Мы видим пример возникновения диффамационного деликта отно­сительно товара, а не конкретного лица. Более того, данный факт свидетельствует об открытости перечня порочащих сведений, содержащегося в Постановлении Пленума Вер­ховного суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и до­стоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц».


Федеральной службой по финансовым рынкам осу­ществляется государственный контроль и надзор за дея­тельностью бюро кредитных историй, одной из функций данной службы является установление требований к фи­нансовому положению и деловой репутации участников данного бюро.


Приказом Федеральной службы по финансовым рын­кам от 27 октября 2005 г. № 05-52/пз-н утверждено Положе­ние о требованиях к финансовому положению и деловой репутации участников бюро кредитных историй (далее по тексту - Бюро). Согласно данному положению установле­ны следующие требования к деловой репутации участни­ков бюро кредитных историй:

-     соблюдение законодательства Российской Федера­ции, положения учредительных и внутренних документов Бюро, а также принципов профессиональной этики;

-     непривлечение в течение двух последних лет к ответ­ственности за нарушения законодательства о банковской, коммерческой, служебной и (или) налоговой тайне;

-     непривлечение участника Бюро - физического лица и должностных лиц участника Бюро в течение двух послед­них лет к уголовной ответственности за преступления в сфе­ре экономики или против государственной власти, интере­сов государственной службы и службы в органах местного самоуправления, а также к административной ответствен­ности за правонарушения в области предпринимательской деятельности, в области финансов, налогов и сборов, рынка ценных бумаг, банковской деятельности, связи и инфор­мации. В случае если срок деятельности участника Бюро - юридического лица менее двух лет, - непривлечение долж­ностных лиц участника Бюро к уголовной ответственности с момента государственной регистрации Бюро;

-     неприменение в течение двух последних лет мер воздействия в виде ограничения на осуществление участ­ником Бюро основного вида деятельности уполномо­ченными государственными органами и Банком России, осуществляющими в отношении участника Бюро функции контроля и надзора.


Данное обстоятельство свидетельствует о том, что по­нятие деловой репутации в институте коммерческого пра­ва существенно отличается от понятия деловой репутации, упоминаемого в ст. 152 ГК РФ.

Деловая репутация имеет неимущественную ценность для ее обладателя, но в силу своей экономической ценно­сти она приобретает вполне определенный имуществен­ный характер. Однако является ли деловая репутация иму­ществом? Здесь существуют различные подходы.


В настоящее время предпринято множество попыток дать полноценное определение понятию «деловая репута­ция», приведем некоторые из них в качестве примера.


Согласно словарю иностранных слов, суть понятия ре­путация заключается в создавшемся общем мнении о до­стоинствах или недостатках кого-либо, чего-либо; приоб­ретенной общественной оценке. А.П.Сергеев предложил рассмотреть репутацию в качестве категории, отражаю­щей всестороннее восприятие человека другими лицами. Защита репутации должна охватывать полный перечень средств правовой защиты, в том числе и невмешательство в частную жизнь, необходимую персонификацию и непри­косновенность изображения гражданина. Стоит отметить, что всестороннее восприятие практически не подлежит ис­следованию, и составить характеристику лица, как физиче­ского, так и юридического с учетом мнения различных сло­ев населения и иных субъектов данного правоотношения не представляется возможным. Таким образом, использова­ние такого определения в правоприменительной практике считаем нецелесообразным ввиду сложности определения самого блага, подлежащего защите. А.П.Сергеев также указал: «...защита репутации, если последнюю считать ка­тегорией, отражающей всестороннее восприятие человека другими людьми, охватывает целый ряд правовых средств, обеспечивающих объективность такого восприятия: право на защиту чести и достоинства, право на невмешательство в личную жизнь (охрана личной жизни), право на должную персонификацию (охрану права на имя) и неприкосновен­ность внешнего облика гражданина (охрана права на соб­ственное изображение)». «Лишь рассматриваемые в таком комплексном виде правовые средства могут обеспечить эффективную юридическую защиту интересов граждан от любых неправомерных посягательств на их репутацию». В то же время законодатель четко разграничил такие поня­тия, как честь, достоинство и деловая репутация в ст. 150 ГК РФ. В Конституции Российской Федерации понятие «дело­вая репутация» отсутствует, что еще раз говорит о том, что понятие «деловая репутация» не тождественно и не имеет отношения к таким понятиям, как «честь», «достоинство», «доброе имя», «частная жизнь», «личная и/или семейная тайны».

 

Как отмечает М.Малеина, деловая репутация - поня­тие видовое, оно образовано набором качеств и оценок, с которыми их носитель ассоциируется в глазах своих контр­агентов, клиентов, потребителей, коллег по работе, избира­телей и персонифицируется среди других профессионалов в этой области деятельности. Однако такое понимание, прежде всего, характеризует профессиональные качества лица и направлено преимущественно на характеристи­ку физического лица. Схожую точку зрения выразила Т.А.Фаддеева, определив деловую репутацию как оценку профессиональных качеств. По мнению А.Эрделевского, деловая репутация - это сопровождающееся положитель­ной оценкой общества отражение деловых качеств лица в общественном сознании.18 Наличие позитивной составля­ющей в гражданских правоотношениях при защите нема­териальных благ мы считаем оправданным.


Ю.Иваненко пишет, что под деловой репутацией как гражданина, так и юридического лица «следует признать приобретаемую им общественную оценку о качествах, до­стоинствах и недостатках, относящихся к его работе и про­фессиональной деятельности». Им отмечено, что деловая репутация, «в отличие от таких благ, как честь и достоин­ство, может иметь не только положительное содержание, но и отрицательно характеризовать ее обладателя». Фак­тически говорить о положительной стороне деловой ре­путации как неотъемлемого критерия не представляется возможным, в то же время обратиться в суд с иском о за­щите негативной деловой репутации представляется бес­перспективным.


И.Л.Марогулова высказала интересную точку зрения, в силу которой «деловая репутация является одной из ча­стей, входящих в понятие «честь». Понятие чести гораздо шире понятия деловой репутации», с этим сложно со­гласиться, несмотря на тот факт, что понятие внешней чести изменяется прямо пропорционально изменению общественного мнения о приоритетности качеств лица, понятие чести появилось значительно раньше понятия деловой репутации и значительно его шире. В то же вре­мя нам не представляется возможным рассматривать по­нятие «честь» в составе понятия «деловая репутация» в силу различной природы таких понятий. Мы склоняемся к тому, что понятие «деловая репутация» применимо ис­ключительно к деятельности юридических лиц, индивиду­альных предпринимателей, руководителей коммерческих организаций, а также претендующих на роль инспектора финансово-хозяйственной деятельности юридических лиц, поскольку иные лица не принимают участия в деятельно­сти, осуществляемой на свой страх и риск, направленной на систематическое получение прибыли. Мы также счита­ем невозможным использование понятия «деловая репута­ция» относительно должностных лиц, замещающих долж­ности в органах государственной власти и органах местного самоуправления.

В юридической литературе высказано мнение, что «понятие деловой репутации в гражданско-правовом смысле применимо только к физическим и юридическим лицам, участвующим в деловом обороте. Это понятие не равнозначно, не синонимично понятию служебной или профессиональной репутации либо понятию престижа, авторитета и т. п.». Мы разделяем данную точку зрения и считаем невозможным отнести к понятию «деловая ре­путация» такие понятия, как служебная репутация, честь должностного лица, например судьи, адвоката, муници­пального или государственного служащего.


Таким образом, деловая репутация не тождественна чести лица и имеет совсем иные основы. Вред деловой ре­путации может быть причинен ложными, неточными или искаженными сведениями. Пленум Верховного суда РФ в своем Постановлении от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судеб­ной практике по делам о защите чести и достоинства граж­дан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» прямо указал, что в порядке ст. 152 ГК РФ защита осу­ществляется исключительно при распространении лож­ных сведений.


Наличие методики расчета деловой репутации свиде­тельствует о необходимости компенсации вреда самой де­ловой репутации, а не морального вреда.

Законодатель уже указал способ определения поло­жительной деловой репутации, которая может быть под­тверждена рекомендациями не менее чем трех субъектов аналогичной деятельности, у чести и достоинства данная возможность отсутствует.


Изложенное свидетельствует о невозможности защи­ты деловой репутации в порядке ст. 152 ГК РФ, порядок за­щиты данного нематериального блага может быть опреде­лен диффамационным законом Российской Федерации.

 

Статья опубликована в Евразийском юридическом журнале № 2 (21) 2010

  • Default
  • Title
  • Date
  • Random
load more hold SHIFT key to load all load all

Проект при содействии ЕВРАЗИЙСКОГО ЮРИДИЧЕСКОГО ЖУРНАЛА (издается при содействии Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА). Международный научный и научно-практический юридический журнал.).