К вопросу о социальной обусловленности уголовной ответственности за присвоение и растрату

ХАКИМОВА Эльмира Робертовна
кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного права и криминологии, Уфимского юридического института Министерства внутренних дел Российской Федерации

Желание присваивать, пользоваться и распоряжаться чужим имуществом всегда было присуще человеку по своей природе. Посягательства на собственность с древнейших вре­мен составляли немалую часть всех преступных посягательств, совершаемых людьми.

Согласно официальным статистическим данным Россий­ской Федерации в 2015 году зарегистрировано 2 388 476 тыс. преступлений, что на 8,6 % выше аналогичного показателя 2014 года. Большая часть совершенных преступлений в России имеет корыстную направленность. Таким образом, около по­ловины всех зарегистрированных преступлений (46 %) состав­ляют хищения чужого имущества.

Например, в 2006 году в Российской Федерации было за­регистрировано 65980 фактов присвоений и растрат, в 2008 году - 72142, в 2010 - 44 894, в 2011 - 37707, в 2012 - 30651, в 2013 - 28049, в 2015 - 19494 фактов.

Важность социальной обусловленности уголовной от­ветственности за присвоение и растрату обусловлена рядом обстоятельств, среди которых, необходимо выделить следую­щие.

Во-первых, органы дознания, следствия, суды ежедневно сталкиваются со сложными вопросами квалификации при­своений и растрат, требующих однозначного решения. Осо­бо остро стоят проблемы определения понятия «вверенное имущество», отграничения присвоения от растраты чужого имущества, разграничения присвоения и растраты от таких смежных составов преступлений, как: кража, мошенничество, нарушение авторских и смежных прав, хищение предметов, имеющих особую ценность, злоупотребление полномочиями, злоупотребление должностными полномочиями и других, а также от гражданско-правовых деликтов и административных правонарушений.

Во-вторых, несмотря на распространенность хищений в формах присвоения и растраты чужого имущества, по­казательным является и тот факт, что данное преступление относится к категории высоколатентных. На практике рас­пространены хищения, когда степень латентности достигает максимальной величины.

В-третьих, важно отметить, что состояние, структура и ди­намика присвоений и растрат не всегда зависят от предприни­маемых усилий правоохранительных органов, направленных на борьбу с ними. В связи с этим представляется необходимым совершенствование нормы об ответственности за данные пре­ступные посягательства.

В-четвертых, присвоение и растрата чужого имущества часто совершаются лицами, обладающими служебными пол­номочиями, руководителями организаций, что не может не оказывать негативное воздействие на других сотрудников, все­ляя представление о том, что материальные блага можно при­обрести не только честным трудовым путём, но и с помощью преступлений. Кроме того, отмеченная ранее повышенная ла­тентность данного преступления лишь усиливает этот эффект.

Различные аспекты проблем ответственности за хищения чужого имущества подвергались широкому анализу на протя­жении двадцатого века во многих трудах по теории уголовного права и криминологии, в частности, в трудах Н. С. Белогриц- Котляревского, О. В. Белокурова, А. И. Бойцова, В. П. Верина, В. А. Владимирова, Б. В. Волженкина, Л. Д. Гаухмана, М. А. Гельфера, В. Н. Дерендяева, А. Э. Жалинского, В. А. Змиева, Н. Г. Иванова, А. В. Кладкова, С. М. Кочои, Г. А. Кригера, Н. Ф. Кузнецовой, В. И. Литвинова, Ю. И. Ляпунова, С. В. Максимо­ва, Н. С. Матышевского, В. С. Минской, Б. С. Никифорова, В. И. Плоховой, А. А. Пионтковского, А. И. Рарога, В. П. Ревина, А. Ю. Филаненко, И. Я. Фойницкого, П. С. Яни и других ученых.

Следует отметить, что с 1996 года по данной проблеме на­писан ряд диссертационных исследований, в частности, О. И. Годуновым, А. В. Даниловым, Н. Д. Эриашвили, Н. С. Шульгой и др. авторами. Однако, несмотря на глубокий и обстоятель­ный анализ, проведённый этими и другими исследователями, нельзя не отметить, что не все проблемы ответственности за хищения в формах присвоения и растраты, достаточно полно и разносторонне разрешены. Так, к началу двадцать первого века, остался не разрешенным целый ряд проблемных вопро­сов, касающихся содержания уголовно-правовой нормы об ответственности за присвоение и растрату, её конструкции, правовой природы с учетом реальной социально-экономиче­ской обстановки в стране.

Уголовное законодательство России на разных этапах сво­ей истории содержало различные по содержанию уголовно­правовые нормы об ответственности за присвоение и растрату чужого имущества. Так, например, Артикул Воинский Петра I 1715 г. впервые установил ответственность за утаивание вещей, взятых на сохранение (арт. 193), и присвоение находки (арт. 195). Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года в ст. 383 предусматривало ответственность за пользо­вание казенным имуществом и похищение казенных денег и вещей в формах присвоения или растраты. Ст. 387 Уложения устанавливала ответственность за незаконное и тайное похи­щение должностным лицом ценностей, которые могли посту­пить в число вверенных ему для хранения предметов.

Три Уголовных кодекса РСФСР, существовавших в исто­рии России, также предусматривали уголовную ответствен­ность за присвоение и растрату чужого имущества. В част­ности, в главе «Имущественные преступления» в ст. 185 Уголовного кодекса РСФСР 1922 года понятие «присвоение» определялось как «самовольное удержание с корыстной це­лью, а также растрата имущества, вверенного для определен­ной цели, учиненное частным лицом». Очевидно, что данное определение являлось неточным и необоснованно смешивало понятия присвоение и растрата.

В статье 168 УК РСФСР 1926 года, предусматривавшей от­ветственность за присвоение и растрату имущества, было рас­крыто только понятие «присвоение» как «удержание с корыст­ной целью чужого имущества, вверенного для определенной цели».

По мнению А. Жижиленко, присвоение, определяемое в законе «как «удержание», являлось по своей сущности бездей­ствием, оно не могло быть отнесено к похищению, так как при присвоении, в отличие от похищения, не было изъятия, а есть только обращение чужого имущества в сферу своего имуще­ственного обладания».

Уголовный кодекс РСФСР 1960 г. к охране отношений соб­ственности подходил дифференцированно, предусмотрев от­ветственность сразу в двух главах Особенной части, - в главе второй «Преступления против социалистической собствен­ности» (ст.ст. 89-101) и главе 5 «Преступления против личной собственности» (ст.ст. 144-151).

Поскольку в УК РСФСР 1960 г. было продолжено приори­тетное направление на охрану прежде всего социалистической собственности (государственной и общественной), то понятно, почему составами присвоения и растраты охранялась только социалистическая собственность. Таким образом, в ст. 92 УК РСФСР предусматривалась уголовная ответственность за хи­щение государственного и общественного имущества путем присвоения, растраты или злоупотребления должностным лицом своим служебным положением. Часть 1 указанной статьи гласила: «Присвоение, либо растрата государственного или общественного имущества, вверенного виновному, а рав­но завладение с корыстной целью государственным или обще­ственным имуществом путем злоупотребления должностного лица своим служебным положением».

«Одно обстоятельство сближает рассматриваемые формы хищения и позволяет объединить их в одну статью», - писал Г.А. Кригер - «похищаемое имущество находится в право­мерном владении или ведении самого виновного, который, используя это обстоятельство, обращает имущество в свою пользу или передает его с корыстной целью третьим лицам».

После принятия Федерального закона от 1 июля 1994 г. в абзаце первом примечания к ст. 144 УК РСФСР впервые было сформулировано законодательное определение хищения. Под «хищением» понималось «совершенное с корыстной целью противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, при­чинившее ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества».

Этим же Федеральным законом УК РСФСР 1960 г. был до­полнен ст. 147 «Присвоение вверенного имущества», которая предусматривала уголовную ответственность за присвоение или растрату чужого имущества, вверенного виновному.

В настоящее время уголовно-правовая норма об ответ­ственности за присвоение и растрату содержится в главе 21 «Преступления против собственности» раздела VII «Пре­ступления в сфере экономики» Особенной части Уголовного кодекса РФ 1996 года. Присвоение и растрата представляют собой самостоятельные формы хищения чужого имущества, хотя и объединены одной статьей УК РФ (ст. 160), одной группой составов преступлений против собственности и од­ной законодательной дефиницией - «хищение имущества, вверенного виновному».

Вопрос о понятии хищения и его признаках продолжает оставаться дискуссионным и на сегодняшний день. Профессор Ю. И. Ляпунов справедливо указывал, что общее понятие хи­щения - это своеобразный законодательный, а потому и обще­обязательный ориентир, позволяющий правильно разрешать частные вопросы, возникающие при квалификации деяний, дающий возможность познать индивидуально-определенные признаки совершенного преступления и сверить их соответст­вие требованиям уголовного закона. Общее понятие хищения можно в силу этого с полным основанием расценить как по­лезный и необходимый инструмент познания подлинной ан­тисоциальной и правовой природы корыстных посягательств на собственность, как надежный помощник работнику органа дознания, следователю, прокурору, судье в их деятельности, связанной с применением уголовного закона. Тем не менее, некоторые авторы высказываются за исключение определения хищения из Уголовного кодекса РФ.

УГОЛОВНОЕ ПРАВО

Проект при содействии ЕВРАЗИЙСКОГО ЮРИДИЧЕСКОГО ЖУРНАЛА (издается при содействии Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА). Международный научный и научно-практический юридический журнал.). 

© 2017-2020. Юрист Онлайн Адвокат - юридическая консультация. Все права защищены.
Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции.
Юридическая консультация и помощь по БЕСПЛАТНОМУ тел. Россия +8 (800) 700-99-56 (доб. 995)
Московская обл, г. Москва +7 (495) 980-97-90 (доб. 597)
Ленинградская обл, г. Санкт-Петербург +7 (812) 449-45-96 (доб. 560)
в режиме online - круглосуточно!